Стиль ученых как великодушных непредвзятых искателей правды на данный момент все почаще и почаще нарушают сами ученые. Совокупа рецензирования не всегда срабатывает против превосходных фальсификаторов. Даже в самых респектабельных изданиях, таких как Science, Nature или Physical Review Letters. Волну споров и изучений на данную тему позвали два последних в особенности больших скандала, которые связаны с именами Ву яна Хендрика и Сук Хвана Шена.
Результаты опроса ученых об узнаваемых им случаях мошенничества служащих также были не внушающими оптимизма. О том, что им известен хотя бы один случай большой преднамеренной фальсификации, безупречной обычным исследователем, информируют 14% опрошенных.
А о маленьких подтасовках служащих молвят 72% опрощенных.
Даниэль Фанелли (Daniele Fanelli) из института Эдинбурга решил восполнить пробел в этой области.
Он собрал, классифицировал и обработал средством метаанализа более 20 работ, основанных на прямых опросах ученых на тему мошенничества в науке, и представил результаты своей работы в общедоступном издании PLoS ONE.
оценки и Догадки количества подобных случаев почти всегда основываются на непрямых данных. Например, на официальных отводах научных статей или на проигрываниях достигнутых результатов статей из случайной подборки. Подобные методы дают довольно противоречивые результаты.
Исходя из этого многие исследователи впрямую опрашивают ученых из разных областей. Но потому что исследователи используют разные методы опросов и по-различному определяют собственные вопросы, их результаты довольно трудно ассоциировать меж собой, исходя из этого неспециализированная обстановка остается неясной.
Отобранные работы показали довольно родные результаты. Фанелли отмечает, что результаты опросов никак не зависят от страны, где трудился ученый. Обстановка в разных областях научной деятельности также примерно монотонна, кроме фармакологии и медицины.
Ученые, от достигнутых результатов работы которых зависит российскее здоровье, а время от времени и жизнь, существенно почаще признавались как в собственных проступках, так и в том, что им понятно о фальсификациях служащих.
Может быть, естественно, представить что фармацевты и врачи самый открыты и честны в собственных ответах. Но возможно и такое, что преднамеренное искажение и мошенничество или сокрытие достигнутых результатов самый нередки потому в этой области. Тогда опаски многих знатных ученых в том, что вещественная помощь производителей способствует искажению научных достигнутых результатов для продвижения новых фармацевтических товаров и мед услуг коммерческих компаний, имеют под собой истинные основания.
Как ученые, так и многие СМИ предпочитают вычислять эти случаи противными исключениями. Основывают они свой убеждение на том, что профессия ученого подразумевает критичный подход и беспристрастность, что несовместимо с подделкой данных. Но огромное количество прямых опросов ученых разрешают высказать предположение, что известные случаи мошенничества это только верхушка айсберга. А большая часть мошенничеств в науке остаются нераскрытыми.
Для начала Фанелли поделил примеры жульнического поведения на те, что действуют на конечное научное познание, и те, что числятся мошенничеством только с позиций этики (например, плагиат). Из изучений, размещённых в разных научных изданиях, социолог отобрал 20 один работу, где в содержании может быть было различить примеры научного обмана по избранным характеристикам и где результаты удовлетворяли требованиям статистической достоверности.
Обобщение достигнутых результатов избранных работ отдало неутешительные результаты. Около 2% ученых информируют, что хотя бы в один раз придумывали или фальсифицировали собственные эти, чтоб показать не реальный, а хотимый итог.
Еще 34% ученых произнесли, что единожды или почаще совершали "маленькие" мошенничества: игнорировали значения или эти, которые выпадали из неспециализированной концепции исследования, надеясь на то, что это итог неаккуратно выполненного опыта. Или предпочитали не демонстрировать данных, которые ставили под колебание или опровергали результаты их прошедших работ.
Даниэль Фанелли задумывается, что приобретенные числа, хоть и шокируют, может быть, занижены. Вопросы, задававшиеся ученым, довольно щекотливы.
Более того, может быть, не все респонденты отвечали честно, в особенности на вопросы о своей практике. Сладкоречив и тот факт, что в неких опросах в конечном счете заполненные анкеты выслали только 20-25% опрашиваемых опрощенных.
Вправду, к статистике по большой ереси служащих (14%) социолог предлагает относиться с огромным доверием.